Народное радио

Интернет-вещание

 


В студии известный общественный деятель, доктор педагогических наук Николай Васильевич Маслов

Скачать запись программы в Медиа-архиве

Владимир Анищенков: Здравствуйте, уважаемые слушатели «Народного радио». В эфире программа «Русский стандарт». В студии ведущий Владимир Анищенков. За режиссерским пультом Александр Радин. Как всегда, в нашей передаче принимает участие известный общественный деятель, доктор педагогических наук Николай Васильевич Маслов. Здравствуйте, Николай Васильевич.

Николай Маслов: Добрый день.

Владимир Анищенков: Вот в последние годы у нас активно ведется поиск идеи, которая могла бы объединить всех нас. В связи с этим вспоминаю вашу фразу в одной из предыдущих передач, где вы сказали, что еще на заре нашего государства, древнерусского государства православная вера объединила разрозненные племена: кривичи, вятичи, смоляне, поляне, древляне. И вот благодаря единой вере вот эти отдельные племена соединились в единое государство. Если мы перейдем в сегодняшний день, то мы увидим точно такую же картину примерно. Даже после разрушения Советского Союза все-таки осталась единая сила, которая на духовном пространстве удерживает всех членов своей церкви – это Русская православная церковь. Но я бы хотел все-таки здесь больше сделать акцент на том, что кто же все-таки составляет и Русскую православную церковь, и кто является носителем русского языка. Это русский народ. Вот мы в наших передачах часто обращаемся к этой теме. Я думаю, что очень важно нам поподробнее остановиться на этом, на русском народе как носителе русского языка, и как главной составляющей Русской православной церкви.

Николай Маслов: Как можно здесь ответить? Конечно, что такое вера, которая много веков назад людей объединила? В общем-то, вера была представлена отдельными людьми, которым поверили, что нужно вот так молиться Богу, а не вот так. Народ в основном был неграмотный, ни читать, ни писать не умел в большой своей степени. И язычество процветало. Вот именно нашлись люди, вожди, так скажем, которые выделялись своей жизнью, своей родословной, другими какими-то своими заслугами, подвигами из общего народа, из общей толпы, за которыми шли остальными. Так было часто. Так было во многих государствах. И эти люди они и олицетворяют историю. Ведь, условно говоря, во времена князя Владимира или позже там преподобного Сергия, или раньше там Александра Невского ведь жили тысячи, миллионы, но мы их не помним. И история где-то хранит их имена, чьи-то вообще не хранит, их хранит земля. Но вот олицетворение истории оно или в именах определенных значимых, или в каких-то значимых событиях. Например, там Куликово поле или там польская смута там 1612 года, или там Бородино. То есть вот такие вехи, вехи истории. Но они, в общем-то, являются фундаментом всей нашей культуры. Это те вот вехи, которые знает, условно говоря, и стар, и мал. А детали уже знают там историки, археологи, другие ученые люди и так далее, и тому подобное. Поэтому, конечно, вот что нам объединяет, и что нам объединяло? Нас объединяла идеология, обозначенная жизнью определенных людей. В частности, мы говорим о православной идеологии, православной вере, о культуре соответствующей и так далее. Но это люди все-таки, это события. Это важно знать и взрослым, и детям, что вера делает людей единодушным, а язык объединяет людей в единомыслии. Вера и язык дают народу здравомыслие, правильно мыслить, правильно принимать решения и так далее. Человек без веры быть не может и жить не может ни один. И даже древнее язычество тому подтверждение, что люди искали Бога всегда. Язык очень важно. Это все-таки, когда люди говорят на одном языке, понимают друг друга, они мыслят одинаково. Но не название языка людей объединяет, а сущность языка. Мы, казалось бы, живем все в стране, в России. И также и вера. Можно сказать, что я христианин, но ни в храм не ходить, ни знать истинной веры, ни заповеди не соблюдать. Поэтому это очень важно. Мы живем все в одной стране, казалось бы, мы все говорим на русском языке. Но часто мы не понимаем друг друга. А люди, живущие в России, например, которые провели там 10 или 20 лет в тюрьме, и, например, монах, да, две крайности, две крайней, значит, позиции в жизни, они могут друг друга не понять. Почему? Хотя, казалось бы, разговаривают оба на русском языке, живут в одной стране, оба русские, например. Но содержание, внутреннее содержание человека оно определяет и силу веры, и чистоту языка.

Владимир Анищенков: Николай Васильевич, вот каждый народ, уважающий себя народ, конечно, когда попадает в трудные исторические условия, конечно, он обращается к опыту своих предков. Я думаю, что, как и всегда, нам сегодня нужно обратиться именно к опыту своих предков. Прежде всего, вспомнить, как вы говорите, тех людей, которые создавали государство, тех, которые на протяжении всей истории России, сейчас это слово называется идеалы, идеальные образы России. Мы, может быть, по-русски назовем так истинные образы России. Это, прежде всего, благоверный князь Александр Невский. И вот недавний этот телевизионный конкурс он как раз выявил, что в народе живо вот эта истинное, искреннее отношение именно к таким людям, как Александр Невский.

Николай Маслов: Но цифры можно привести. Некоторые говорят, что может быть там придумали, что народ избрал Александра Невского сейчас. Есть некие цифры, которые это подтверждают, что именно в своей глубине, как бы не пытались наш народ переделывать, перековывать его, идеологию менять и так далее, но удивительный факт, что такой идеал, как Александр Невский на протяжении там почти 800 лет остался именно, так скажем, кумиром нашего народа. 30 тысяч храмов, около 800 монастырей, только подумайте, 5 тысяч школ, приюты, дома милосердия, всякие ремесла, средства массовой информации, — все это, что я сейчас сказал, это все построено за последние там 10 – 15 лет за деньги русского народа практически при полном отсутствии бюджета и финансирование. Какие-то деньги государство дает на памятники, но это кроха. Представьте себе, вот 30 тысяч храмов возродить. После советской власти практически ничего не осталось. Монастыри это и инфраструктура, это нужно покрасить, побелить, воду провести, купола позолотить, вернуть утварь, иконы во многих случаях, территорию, ограды. Мне трудно сказать, но один монастырь, один храм это не один десяток миллионов рублей. Сейчас трудно с математикой у меня. Но возьмите, например, 30 тысяч храмов и умножьте, пусть там оператор посчитает пока, на 10 хотя бы миллионов рублей. Мы получим колоссальные суммы денег, которые в разрушенной России после развала Советского Союза, невыплат тотально зарплат, недофинансирования образования, медицины, чего только не было. Вы посмотрите, за 10, еще раз говорю, 15 лет такой колоссальный вклад русского народа в возрождение своей святыни. 5 тысяч школ воскресных, что это? По крайней мере, это 5 тысяч даже зданий нужно было отремонтировать и построить. Это нужно было найти преподавателей, которые зачастую на добровольном начале, это или матушки священников или какие-то из клера люди и так далее. Купить им тетрадочки там, кому-то дать чай с пирожными, с печеньем, детей поддержать, двор прибрать, программы какие-то составить. Мне хочется там около 600 – 700 тысяч наших детей. Это содержит церковь. Кто такая церковь? Откуда берет деньги? Это опять бедный православный народ, но он содержит за свои деньги 5 тысяч воскресных школ без цента государственной помощи. Это тоже приходские деньги, труды и так далее. И вот смотрите, казалось бы, где-то текут нефтяные потоки, газовые потоки, а где-то отдельная жизнь. И вот на хребте этого люда, часто небогатого, и содержится наше государство. Господь давно уже отнял, и он сейчас показывает нам, что то газ у нас не будут покупать, то нефть и так далее. В любом момент наступит какой-то кризис взаимоотношений. И даже те богатства, которые Бог дал людям, русскому народу именно за веру, как пишет историк, великий человек Павел Олепский, может быть отнято. Вот в любой момент может быть просто убрано. И, так сказать, ничего мы не получим.

Владимир Анищенков: Николай Васильевич, вот мы общими усилиями посчитали, что это 300 миллиардов рублей. То есть это…

Николай Маслов: Но это я сказал цифру условно без монастырей. Я могу так сказать, что вот мы восстанавливаем монастырь, окошко в Кровяную пустынь. Но там один храм, строительство нового храма сейчас заканчивается, да, где-то порядка 160, кажется, миллионов. Это один храм. А я сказал, 10 миллионов только у нас храмов. А есть храмы, будь здоров, у нас какие, больше стоят. Я уж не говорю про этих 800 монастырей. Деньги, которые, например, спонсоры собирают на Троицко-Сергиеву лавру, но это на любой монастырь. Это сотни миллионов, поверьте мне. И там и детские приюты, и все остальное. То есть это по-хорошему бюджет годовой Москвы. Но это же деньги постоянно туда вливают. И вот люди находят, понимая, может, не осознавая, но внутренне как-то это понимая подспудно, что нужно сохранять свою веру. Я помню первые дни кризиса там полгода назад. В храм нельзя было зайти. Там, где я хожу в Пушкино, под Москвой, да, видно было, что люди случайные. Все приходили, и я, когда стоял на службе, слышал, как люди шептали там: Господи, чтобы моя дочка там не уволилась с работы, чтобы мой зять остался где-то там на работе, чтобы внучка моя утроилась на работу, чтобы кризис там, чтобы мы квартиру не потеряли. Сколько было народу потому, что они поняли, куда они ни ходи, бесполезно. Если уж коснулись мы кризиса, казалось бы, миллион в мире экспертов. Но, тем не менее, все хуже и хуже. Все рушится, корпорации разрушаются, банкротятся, национализируются. Где же, казалось бы, ваши эксперты, золотые Соросы, где они есть? Кризис – наказание Божье за безнравственность. И вот Россию сегодня спасает только вот этот хребет русского народа, русский дух. И мы всегда должны быть благодарны этим людям. Сами молиться усердно, причем, жизнь свою исправлять. И все исправится в жизни.

Владимир Анищенков: Уважаемые слушатели, в нашей программе «Русский стандарт» принимает участие известный общественный деятель, доктор педагогических наук Николай Васильевич Маслов. Николай Васильевич, вот то, что вы сейчас говорите о возрождении вот такой церковной жизни, ведь что интересно.

Николай Маслов: Почему церковной жизни? Это обычная жизнь народа.

Владимир Анищенков: Она так и должна быть. В России всегда так и было. Я вот на что хочу обратить внимание. Что возрождение храмов, возрождение монастырей, строительство школ воскресных, — все это происходит на фоне разрушения государства, разрушения экономики. Тот самый русский дух выходит, что не все деньгами измеряется, а именно вот тот самый русский дух, о котором вы сказали. Вот главное.

Николай Маслов: Приходишь в любой монастырь. Знаете, что вам ответят игумен, настоятельница, там любой монах? Знаете, ответят просто вещью, если монастырь нормальный. Там впереди молитва, а дальше все остальное. Они скажут, мы не знаем, откуда все берется. Откуда? То ночью КамАЗ привезут кто-то, то днем привезут, то помощь приходит. Неизвестно, откуда появляется. Здесь четко реализуется заповедь «ищите царствие небесное», то есть сначала все для Бога, а все остальное вам приложится. «Ищите царствие небесное и правды его, а все остальное вам приложится». Поэтому вот это вот, то, что мы с вами сейчас говорим, восстановление 30 тысяч храмов, 800 практически монастырей, это и есть исполнение вот этой заповеди, вот этого нравственного закона, что Бог все помогает. Нищие люди, а построили. А богатое государство, которое имеет неиссякаемые, казалось бы, запасы всего и вся, и не хватает даже бюджет наполнить. Смешно. Но это же тоже видно. Мы тоже должны это понимать. Духовное возрождение оно не бывает за один день. Оно требует огромного усилия. Царствие небесное (не понятно), — так сказано. Поэтому, конечно, мы должны прикладывать огромные усилия, но это не значит, что завтра придет успех. Успех нужно дать Богу. Тогда, когда мы ему отдаем успех, тогда у нас будет благополучие.

Владимир Анищенков: Я бы, знаете, еще бы добавил пример из нашей непосредственной деятельности «Народного радио». В нашей программе «Православный приход» мы иногда обращаемся к нашим слушателям за помощью. Вот приезжают у нас там священники или служители храмов там Подмосковья, из Ивановской области, из Сахалина приезжают. И обращаются, естественно, за помощью. Как правило, то, что вы говорите, храмы передавались или в разрушенном или в полуразрушенном виде. Но, в общем, необходима была помощь. И эта помощь, как правило, приходила. Вот нужна была помощь, привозили стройматериалы. Нужны были помощники люди, приходили люди.

Николай Маслов: Да возьмите само «Народное радио». Наш фонд тоже ведь субсидирует развитие ряда программ на «Народном радио». Я могу так сказать, что мы обращались вот в январе и в том году. Была кризисная ситуация практически. И сегодня, я знаю, многие журналы, газеты, радиопередачи закрылись из-за отсутствия средств. Но благодаря сердечной, искренней помощи наших слушателей, мы еще можем содержать на сегодняшний день радио, хотя опять там, так сказать, весна, опять проблемы. Но, тем не менее, могу вам сказать, я вот спрашивал. И говорю, как вот вы не даете голос, не призываете еще помогать? А мне говорят, что вот мы даже не делаем объявления о помощи, а помощь приходит. Люди получили когда-то квитанции, и продолжают друг другу звонить, подсказывать, и небольшая помощь приходит. Удивительно, вот те же 30 храмов. «Народное радио», знаете, это такой всероссийский храм, который сожиздит совесть, чистоту веры. И, дай Бог, чтобы мы сохранили эту чистоту на наших волнах. Тогда, наверно, поскольку он будет храмом Божьим, если мы будем это содержать в чистоте, и Господь будет благоволить к «Народному радио», к его слушателям, будет нам помогать, защищать нас, ограждать от всяких врагов и супостатов.

Владимир Анищенков: Спасибо, Николай Васильевич. Уважаемые слушатели, еще раз напомню, в программе «Русский стандарт» принимает участие доктор педагогических наук Николай Васильевич Маслов. И я присоединяюсь к словам, которые сказал Николай Васильевич, о помощи наших слушателей. В очередной раз благодарим, искренне благодарим наших слушателей, которые помогают нам в это тяжелое время выжить «Народному радио». Теперь у нас действительно стало «Народным радио», потому что мы становимся как общая семья. Николай Васильевич, вот я бы хотел еще вернуться к такой теме. Вот многие сейчас говорят, а что же мы можем сейчас при таких властях, при таком отношении к человеку, к народу. Вот что конкретно каждый из нас может сделать?

Николай Маслов: Вы знаете, мне кажется, сегодня власти делают очень хорошее дело – не мешают развитию церкви, не мешают развитию людей в нравственном плане, в церковном плане. Конечно, оно мешает и вводит в пагубу огромное количество людей другой деятельностью через там средства массовой информации и так далее, никак не ограничивая их в своих поступках. Но период, когда церковь и православный человек, и не только православный хочет прийти к Богу, конечно, сегодня период, наверно, достаточно благоприятный. И вот я смотрю, как многие люди у власти, не только у власти, люди бизнеса, общественные деятели, которым не безразлична судьба нашего государства, предлагают и реализуют ряд таких проектов, которые укрепляют наше государство. Например, сегодня даже вот тот телевизионный марафон по поводу идеала Александра Невского, он ведь встряхнул общество в какой-то степени. И сегодня, например, уже создана инициативная группа. И мы готовим некую большую государственную программу. Хотим, чтобы оргкомитет возглавил президент, празднование 700-летия преподобного Сергия. То есть появляются такие вещи на государственном уровне, которые, в общем-то, начинают потихонечку идеологически наполнять жизнь нашего государства. Идеалы нашего государства, идеалы, а, значит, и вера, и традиции, и культура, и язык, все восстанавливаются в своей справедливости. Например, будет праздноваться также очень широко в следующем году снятие осады Троицко-Сергиевой лавры. Ведь подвиг, огромный подвиг, погибло несколько тысяч монахов и жителей Сергиева-Посада. Защищали, когда не было даже кусочка хлеба. И опять мы видим чудесное проявление, когда видели сотни тысяч людей, когда некие мифические 2 лошади, худющие, как щепки, с двумя всадниками поскакали в Москву. И их не могли догнать враги. Это были ученики преподобного Сергия. Как ангелы, на ангельских лошадях они показали всему стану противников, что Бог с русскими. И была преодолена смута. Ведь снятие блокады это не просто событие рядовое. Это знаковое, судьбоносное было сражение, противостояние опять же православия и католицизма. Вот с французами и так далее. Вот такие даны их нужно не просто вспоминать, а нужно их вплетать в государственные праздники, в государственную власть, систему, чтобы и это было известно нашим детям, школьникам. Мы хотим, чтобы к 1 сентября приготовить такой фильм об осаде, снятии осады, чтобы этот фильм прошел через все возможные школы, был показан, как урок патриотического служения отечеству. Это очень важно. Мы будем готовить специальный выпуск журнала «Русский инок», посвященный и 700-летию преподобного Сергия, его служения. Ведь он был не только простым монахом, он был не только молитвенником за всю землю русскую. Преподобный Сергий и ученики создали ту страну, которую мы сегодня имеем. Поэтому грех нам, что мы замалчиваем, умалчиваем. Знаете, моя бабушка несла простой подвиг. Она очень хорошо писала, грамотно. Она переписывала кафесты, жития святых, покупала тетради за 2 копейки и раздавала, кому могла. Это был ее подвиг. Она имела пенсию 28 рублей, как сейчас помню, и другого ничего не могла делать. Но она приходила с храма, и у нее была какая-то минута между физическим трудом. Она делала вот такой подвиг просветительский. Это в какой-то степени подтолкнуло и меня вот на такую издательскую и просветительскую деятельность.

Владимир Анищенков: Хороший пример. Спасибо, Николай Васильевич. Уважаемые слушатели, напомню, в нашей передаче принимает участие доктор педагогических наук Николай Васильевич Маслов. И у нас первый звонок в студии. Пожалуйста, мы слушаем вас.

Елена Николаевна: Здравствуйте, я являюсь вашей постоянной слушательницей. Зовут меня Елена Николаевна. У меня такой вопрос к Николаю Васильевичу. В конце мая, если я не ошибаюсь, или 1 июня была ратифицирована европейская хартия. И теперь у нас есть такая угроза возникновения ювенальной юстиции в России. Я прошу вас прокомментировать вот это событие.

Николай Маслов: Но мы вот много подписываем разных всевозможных хартий. К сожалению, часто мы это делаем без оглядки на вот тот исторический опыт России, который Россия имеет, как никакая другая страна. Вообще мне кажется, что мы делаем достаточно большую ошибку, плетясь в хвосте некоего Европейского Союза, который уже отказался и от нравственных ценностей, и от христианства и так далее. Мне кажется, это большая ошибка. Россия – самостоятельное государство, причем, имеющее такие приоритеты, которые не имеет ни одна страна в мире. Мы самостоятельны настолько, насколько это мечтал быть любой народ. Еще раз говорю, мне кажется, нужно иметь контакты с другими странами, нужно иметь от них все хорошее, что есть, и с точки зрения технологий, и с точки зрения, я не знаю, медицинских каких-то препаратов, организации труда и так далее. Но то наследие, которое имеет Россия в виде языка, в виде культуры, в виде своей веры, в виде тех наследий идеалов, не имеет ни один народ. И здесь мне очень больно, когда мы, знаете, даже заигрываем с кем-то, что мы присоединились. Мы должны быть впереди. И, в общем-то, сохранение своих традиций, нравов, своей морали это то единственное, по утверждению величайших ученых, богословов, писателей, это единственное, что сохранит могущество нашего государства.

Владимир Анищенков: Спасибо, Николай Васильевич. И у нас еще звонок. Пожалуйста, мы слушаем вас.

Андрей Михайлович: Николай Васильевич, здравствуйте. Андрей Михайлович, Московская область. Николай Васильевич, сегодня опять заговорили о вступлении Российской Федерации во Всемирную торговую организацию. В зарубежных государствах сельское хозяйство датируется, в России нет. Вам не кажется, что это вступление мера не экономическая, а военно-стратегическая для того, чтобы изничтожить сельское население, чтобы в будущей войне…

Владимир Анищенков: Что-то прервалось. Но вопрос понятен.

Николай Маслов: Понятен, да. Но дело в том, что продовольственная зависимость и продовольственная безопасность сегодня все чаще и чаще обсуждаются на всяких уровнях и властью, и в общественной жизни. Я думаю, что я вообще не вижу причин, зачем мы должны вступать в ВТО. И этих причин не видит подавляющее большинство ни государственных, ни общественных деятелей. Отдельная группа людей, которая с чем-то, как-то связана на уровне мирового правления, она вот плетет эту паутину нового мирового правительства. Поэтому, что даст нашему фермеру вступление в ВТО, я думаю, ничего хорошего это точно, потому что вы правильно сказали, многие страны заботятся о своем продовольствии и датируют, покупают, дают кредиты и технику, лизинг и все остальное. Мы еще находимся в зачаточном состоянии, чтобы сельское хозяйство сделать, в общем-то, привлекательным, и жизнь на селе сделать тоже привлекательной. Вступление в ВТО… Не понимаю смысла даже. Когда я работал еще в правительстве, я знаю людей, которые обсуждали это. Вы знаете, как кролик какой-то и удав. Удав там за рубежом где-то, мы не знаем, где он, но мы почему-то должны вступить в ВТО. Это какой-то престиж для нас. Это не престиж для нас. Это для нас не престиж. Я бы создал другую организацию. Например, там с Китаем, с Монголией, со странами СНГ, тоже ВТО, если это нужно. И на других условиях развивал бы экологически чистую продукцию, потому что сегодня все эти продукты, ну это… Мы практически скоро потеряем естественный продукт. А это я не знаю, чем человечество будет питаться. Это беда, беда.

Владимир Анищенков: Спасибо, Николай Васильевич. И у нас еще звонок радиослушателя. Пожалуйста, мы слушаем вас. Здравствуйте.

Василий Прокофьевич: Краснодар, Василий Прокофьевич. Николай Васильевич, Александр Невский признан символом России. Но нигде вы не купите ни портретик, ни календарик, ни значок Александр Невский. Это тоже способствовало бы популяризации нашего символа. Не мог бы фонд Александра Невского наводить подобные, так сказать, вещи? Это один вопрос. И второе. На 450 городов телевизионный канал «Союз» вот вещает. А нельзя ли организовать передачу о «Народном радио» вот на этом телевизионном канале, который круглые сутки вещает. И очень интересные передачи.

Николай Маслов: Понятно, понятно. Значит, так удивительно получилось, что я сегодня встречался вот здесь в стенах «Народного радио» с владыкой Викентием Екатеринбуржским. И как раз говорили о совместном развитии телеканала «Союз» и «Народного радио». Во-первых, мы уже месяц, даже больше делаем для телеканала «Союз» передачи. Они называются «Русский инок» и «Русское слово». Мы договорились, что мы будем передач делать в несколько раз больше. Это будет передача называться и «Пастырь», и «Основы русской педагогики», и «Православная культура». Для этого на «Народном радио» специально делается студия видеозаписи. И многие передачи, которые мы сегодня делаем и пускаем в эфир «Народного радио», в частности, вот наша передача, они будут выходить, еще раз подчеркиваю, частично уже выходят на телеканале «Союз». Поэтому, пожалуйста, можете смотреть. Плюс, мы выходим уже и в Интернете. Что касается символики Александра Невского, я думаю, что самая лучшая символика, которая могла бы укреплять нашу жизнь, Александра Невского это его икона. Это его икона, которую каждый из вас мог бы иметь дома. И вы, поверьте мне, фонд Александра Невского, общество Александра Невского, «Наследники Александра Невского» мы еще 15 лет назад создавали, мы всегда имели покровительство и реальную помощь. Великий святой для России и великий угодник, и великий помощник. Поэтому лучшим символом для нас для всех была бы его икона и молитва ему.

Владимир Анищенков: Спасибо, Николай Васильевич. И еще один звонок радиослушателя. Пожалуйста, вы в эфире.

Слушатель: Добрый день. Николай Васильевич, вы, как говорится, единодушны с маршалом Жуковым, который высказал очень кратко, что в этой зверской войне с нацистской Европой, мы, кстати, глупость допускаем, празднуя победу над нацистской Германией. Одна Германия на нас бы и косо не посмотрела. Какая она была, и какие мы были. А дело в том, что на нас, как всегда в истории, навалилась вся нацистская Европа во главе с Гитлером. И он как сказал: в этой жесточайшей войне мог победить только морально крепкий, единомыслящий и физически крепкий народ. Единомыслящий народ. И православие было вот этой основой. Как не говори, а все-таки коммунистическая идея она во многом перекликалась и с православием. И Сталин проявил мудрость, в общем, прозорливость, когда принял меры по возрождению православной церкви, а после войны наградил Русскую православную церковь, если я не ошибаюсь, Орденом Ленина в лице патриарха. Это первое. Теперь второе. Почему мы не популяризируем наш отечественный опыт возрождения экономики? Ведь он же богатейший. Вот возьмем только одно. Столыпина мы, как говорится, изучили вдоль и поперек. Но вот НЭП, ленинский НЭП. Ведь возродил страну после жесточайшей разрухи, Первой мировой, Гражданской, интервенция, вот такого неустройства. Ведь по ленинскому пути пошел Китай. Он взял на вооружение ленинский НЭП. Сейчас Франклин делано Рузвельт поднял Америку после жесточайшей депрессии в 20 – 30-е годы тоже с помощью НЭПа. И сейчас Обама тоже делает то же самое. Ведь принцип-то ленинского НЭПа элементарно прост. Все отрасли промышленности, обрушение которых может привести к обрушению государства, должны быть в руках государства, а все остальное частная собственность. Лопнула, скажем, парикмахерская – не катастрофа, там булочная. Но если, как Обама заявил, рухнет…

Владимир Анищенков: Спасибо большое. Тут целое у вас выступление. Спасибо.

Николай Маслов: Насчет гитлеровской коалиции, конечно, правильно. И Сталин в критический момент понял, что если не вспомнить русскую душу, не подкрепить ее русским идеалом, Суворова, значит, преподобного Сергия, то войну мы не победим. Кто подсказал Сталину, то ли его прошлая учеба в семинарии, то ли кто-то другой, но факт есть факт. Я думаю, что постепенно вот эти действия, которые приводят отдельные члены общества, вводя в сознание, в образование, в культуру вот эти идеалы, идеалы, значит, именно русского народа, русского образующего народа, они постепенно будут восстанавливать и экономику, и правопорядок, и отношения между людьми и государством и так далее. Но само по себе ничего не делается. Все зависит от человека, какую позицию он будет занимать в этой жизни. И, как говорят историки, как говорит ученый мир, вера восстанавливает недостаток разума человека. Человек без Бога он действительно ограничен. Бог дал многие фундаментальные вещи для жизни человека. И если бы мы их использовали и от них отталкивали, а не рылись в мусоре человеческого бытия, то мы бы давно ушли вперед, намного ушли вперед. Все создано из земли, из воды. Если бы мир научный от этого оттолкнулся, то не надо было бы в пробирках по 10 лет какие-то бактерии искать. Мы бы приняли многие вещи на веру. И тогда бы, еще раз говорю, мы бы оторвались намного вперед. Мы говорили когда-то, что в Швейцарии по местам, где прошел Суворов со своей армией, миллион табличек на русском языке, как они почитают подвиг Суворова. И как подвиг Суворова почитает наша система образования, наша культура. Поэтому нам еще с вами придется очень много сделать, хотя еще раз хочу сказать, очень много тенденций и в хорошем плане уже делается. Например, вот День семьи, да, Петра и Февронии. Православные святые благоверный князь Петр и Феврония. Этот праздник возглавляет там жена Медведева, президента. Конечно, можно врать, критиковать за недостатки, например, как проводится этот праздник. А можно включиться в него и внести свой посильный вклад. Можно говорить о том, что государство поздно или вообще еще не вспоминало о праздновании преподобного Сергия, а можно сказать уже и давать свои предложения и посмотреть, какие ученики преподобного Сергия, что сделали в вашем крае, в вашем городе, лично для вас, может быть, прямо или косвенно. И опять же не критиковать, а сделать что-то, предложить что-то новое. Поэтому вот будет прилагать усилия, и шаг за шагом делать наше государство могучим. А оно свою мощь получает из сил нравственный и моральных сил его собственного народа.

Владимир Анищенков: Спасибо, Николай Васильевич. Нельзя с этим не согласиться. И у нас еще звонок слушателя. Пожалуйста.

Нина Васильевна: Это Нина Васильевна. Вот, Николай Васильевич, прокомментируйте, пожалуйста, покупку нашим очень любимым Грефом, Сбербанком России вот этого завода «Опель» или как там? И заявление премьер-министра, что он не вмешивается в дела Сбербанка. Но насколько я понимаю, Сбербанк это же государственный вообще банк. И наши вклады там копейки пенсионерские там находятся. А как это он может не вмешиваться в его дела? Разве это частное дело, что ли, Грефа покупать какие-то заводы?

Николай Маслов: Понятно. Я говорил с рядом экспертов. Люди, которые понимают в этом вопросе, и моя точка зрения с ними совпадает. Понимаете, автопром мировой, в общем-то, идет передел мирового автопрома. Мы в автомобильной промышленности достаточно серьезно отстали. И мы могли бы занимать такую нишу для среднего и низшего класса, с точки зрения там Жигулей, там Волги и так далее. Покупать сегодня какой-то кусок из этого мирового автопрома для своих целей, мне кажется, это безумие, потому что в ближайшие несколько лет кризис будет развиваться, наверно. Там, может быть, 3 – 4, а может и 5 лет. Вот от этого «Опеля» не останется и следа. И моя лично позиция, что это какая-то афера определенная. Но Греф всегда был на аферы, так сказать, знатоком. Он затеял административную реформу, от которой сейчас отказываются постепенно. Значит, Греф продолжает свой, как один написал, тяжкий грех России. Вот что сделать? Здесь чисто человеческими силами ничего не сделаешь. А, помолившись хорошо, может быть, Господь и уберет куда-нибудь, может, далеко от России, может, навсегда, не знаю. Пользу этот человек нашему государству никогда не приносил, я думаю, и не принесет.

Владимир Анищенков: Спасибо, Николай Васильевич. И еще послушаем звонок нашего радиослушателя. Пожалуйста, вы в эфире.

Людмила: Людмила, Москва. Николай Васильевич, у меня вопрос по поводу реформы наших Вооруженных Сил. По-моему, это то, что происходит сегодня с Вооруженными Силами, это не просто безобразие, а просто уничтожение нашей армии. Пожалуйста, прокомментируйте, что делать. И, по-моему, очень мало об этом говорится, а надо бить тревогу, на мой взгляд. Спасибо.

Николай Маслов: К сожалению, я такого глубокого отношения там к Генштабу или к Министерству Обороны не имею. И слышу отголоски от разных людей о тех намеченных безобразиях, безобразных реформах и еще чего-то. Это вот так вот на 100% прокомментировать я бы не решился. Но меня больше удивляет позиция нашего высшего генералитета и офицерского состава. Насколько я знаю, это просачивалось в прессу, когда-то там были уволены генералы, высокие генералы из Генштаба, то их заместители, когда им предложили вместо них занять должность первого лица, отказались по-офицерски, потому что считали, что увольнение людей за честь, за правду они не приемлют. Такие офицерские как бы поступки просачивались в прессу. Другой вопрос, что сегодня у нас Министерство внутренних дел сегодня намного больше, чем наша армия. Это говорит о том, что у нас государство такое полицейское. Что если армия меньше, чем внутренние войска, вот милиция и Министерство внутренних дел, это говорит о многом. Я помню еще 5 или 6 лет назад, работая в Госстрое, нам уже давали программу по обеспечению жильем военнослужащих, которых будут увольнять. Вообще с армией какая-то беда, ее постоянно куда-то реформируют. И если у армии находятся министры или там зам. командующего войск, который не имеет никакого авторитета, то не дай Бог, начнется война. Это мы все испытывали, если вы помните, в 41-м году, когда была огромная чистка генеральского, офицерского состава. И, в общем-то, все беды и первые потери были из-за того, что солдат не уважал офицера, что не было имен. И тогда, когда уже появились имена, их там кого-то из ссылки вернули и так далее, народ стал приобретать внутреннюю силу, доверие, потому что если подчиненный не доверяет или человек не доверяет кому-то другому, он не может поверить, то никаких действий положительных быть не может. Вообще есть высказывание многих известных людей, и религиозных, и не только. Их смысл высказываний говорит о следующем, если система работает, не надо ее реформировать, чтобы она не рухнула. Если даже она плохо работает, то нужно ее как-то подправлять, но не делать революционных преобразований. Мне кажется, тут ошибка наша за последние, наверно, 100 лет, когда мы одну реформу заменяем другой. При этом, в общем-то, теряется много и квалифицированных кадров, исторических каких-то памятных решений, которые должны быть, вообще преемственность теряется, много чего теряется. Это вообще плохо, реформы. Взять это Министерство образования, это ЕГЭ. Но как его можно внедрять, когда подавляющее большинство против. Если уж делать, но делать постепенно, разъяснять людям. Вот в этом плане, конечно, самый стабильный орган это церковь. И любые там какие-то преобразования народ на них молниеносно реагирует, вплоть до расколов. Поэтому церковные иерархии никогда не делали таких резких шагов. Почему? Потому что знали, что у них же других нет, как у власти там тюрем и так далее. У них есть только доброе слово и правда. И если им не доверяет народ, то никакая реформа не принесет никакого успеха, даже если она добрая. Возьмите там никоновские реформы, условно говоря, в отношении церкви. Была одна реформа, ее помнят до сегодняшнего дня, отголоски идут. Вот пример для подражания. Поэтому, в принципе, реформа всегда это плохо, когда она революционная. А преобразования такие технические, косметические, они, конечно, должны быть всегда. Лучше бы армию оснастили новой техникой, новым вооружением, чтобы мы не опозорились, как в Осетии, когда у грузинской армии есть приборы ночного видения, а у нас их нет. Вообще стыдно даже было сравнивать армию Грузии и армию России, когда наши военнослужащие там сводку с прифронтовой полосы делали. Мне было стыдно, когда сравнивали вообще с Грузией, которая, в общем-то, сравнивать даже стыдно такой стране, как Россия.

Владимир Анищенков: Спасибо, Николай Васильевич. И, наверно, последний звонок на сегодняшнюю передачу. Пожалуйста, мы слушаем вас.

Слушательница: Здравствуйте. Николай Васильевич, еще 30 тысяч храмов и 800 монастырей ежеквартально платят огромные налоги государству. Это тоже, не помогая нам, а только собирая с нас налоги.

Николай Маслов: Я уже эту часть не затрагивал.

Слушательница: Это тоже большой список. Как говорится, можно и включить.

Николай Маслов: Но, я хочу сказать, вот передача подходит к завершению, что все-таки вера она нас всех объединяет, она нас укрепляет. Она делает нас таким единородным, единодушным телом. Мы все дети одного отца, и должны быть единой, дружной семьей всегда православные христиане, русские православные люди. Очень важно, чтобы сегодня государство сделало для себя, мне кажется, один из правильных выборов, определив русский православный народ не на бумаги государствообразующим, а на деле. Тогда все остальные народы будут жить лучше. Не будет соцсоревнований, что главные сегодня татары, или мордвины, или чуваши. Объединение России или объединению России послужило именно русское православие. И многие народы, приходя к старшему брату русскому, и принимали веру, и брали наши фамилии, имена. И многовековая история объединила нас и сделала единомысленным за счет русского языка и сделала единодушным за счет нашей православной веры. При этом все остальные веры, верования никогда у нас не ущемлялись. И только это единственное условие, которое даст нашей стране могущество и мир как внутри, так и мир в отношении других стран. И в конце я бы сказал, не судите наш народ, какой он есть, а судите, какой он должен был бы быть. А идеалы его высоки и святы. Будем их сохранять, приумножать и подражать.

Владимир Анищенков: Спасибо, Николай Васильевич. Уважаемые слушатели, я напоминаю, сегодня в программе «Русский стандарт» принимал участие известный общественный деятель, доктор педагогических наук Николай Васильевич Маслов. Благодарю вас за участие в передаче. А также благодарю всех участников, наших слушателей. Я считаю, что они тоже участники нашей передачи. Провел передачу Владимир Анищенков. Всего вам доброго.

Николай Маслов: До свидания.


   К НАЧАЛУ РАЗДЕЛА        ВЕРСИЯ ДЛЯ ПЕЧАТИ




125009, г. Москва, ул. Тверская д. 7 а/я 10 Телефон/факс: (495) 629-19-10